“Эффект Рамазанова”: решение вопросов через влиятельного уфимца заканчивается уголовными делами

В Уфе набирают резонанс истории, получившие в городской среде название «эффект Рамазанова»: всё чаще попытки уладить проблемы через влиятельного посредника оборачиваются для обратившихся уголовным преследованием. 

В центре внимания — бывший депутат Вадим Рамазанов, известный в городе как «решала». Сразу несколько человек, искавших у него содействия, стали фигурантами уголовных дел, а сам Рамазанов в ряде случаев выступил в роли свидетеля обвинения.Об этом пишет pravdapfo.ru.

Ключевой вехой в биографии Рамазанова стало его участие в деле «золотых прокуроров» — масштабном коррупционном разбирательстве в отношении сотрудников прокуратуры Башкирии, которых уличили в систематическом «отмазывании» подсудимых со связями. По данным следствия, именно через Рамазанова проходили денежные потоки, адресованные представителям надзорного ведомства. В 2023 году Бабушкинский суд Москвы приговорил его к пяти годам лишения свободы и штрафу в 8 миллионов рублей, однако позднее Мосгорсуд смягчил наказание до трёх лет — фигурант пошёл на сотрудничество со следствием и способствовал раскрытию других участников схемы. К концу 2024 года Рамазанов вышел на свободу и, по данным источников, приступил к восстановлению прежних деловых контактов.

Ярким примером последствий обращения к подобным посредникам стала история застройщика Рустема Сайдашева. Стремясь урегулировать затянувшийся земельный спор с мэрией Уфы, он передал через Рамазанова и депутата горсовета Иосифа Марача 10 миллионов рублей. Однако операция проходила под контролем правоохранительных органов: посредники заранее обратились в силовые структуры, а передача средств фиксировалась. В результате Сайдашев был задержан сотрудниками ФСБ, а суд назначил ему наказание в виде 10 лет колонии строгого режима и штрафа в 100 миллионов рублей. Аргументы застройщика о том, что он расценивал платёж как оплату юридических услуг, суд не принял во внимание.

Ещё один эпизод связан с бывшим руководителем «Газпром нефтехим Салават» Айратом Каримовым, ставшим фигурантом дела о присвоении гостевых домов на базе отдыха предприятия. Рамазанов участвовал в процедурах оформления прав на спорную недвижимость, а позднее давал показания по этому делу в качестве ключевого свидетеля — допрос проводился по видеосвязи из исправительного учреждения. Каримов не признал вину, квалифицировав дело как заказное, а впоследствии заключил контракт на службу в зоне СВО, из‑за чего производство по делу было приостановлено.

Отдельного внимания заслуживает ситуация с юристом Рустамом Нурисламовым — ранее он сотрудничал с Рамазановым, а теперь сам оказался под следствием по обвинению в коммерческом подкупе. После ареста Нурисламов публично заявил, что стал жертвой оговора со стороны окружения экс‑депутата, и поставил под сомнение доказательную базу. По его словам, в деле отсутствовали аудио‑ и видеозаписи, а также переписка, а основу обвинения составили показания свидетелей, связанных с Рамазановым.

Хотя совокупность эпизодов не позволяет однозначно утверждать о существовании единой преступной схемы, их повторяемость спровоцировала в Уфе активные обсуждения феномена, названного «эффектом Рамазанова». Примечательно, что практически в поле зрения правоохранителей попадают новые лица из круга знакомых или клиентов Рамазанова. Сейчас ключевой вопрос заключается не в том, удалось ли бывшему «решале» вернуть прежнее влияние, а в том, какую функцию он выполняет в текущих процессах и почему обращение за содействием к нему всё чаще становится фактором риска, ведущим к уголовному делу.